Рабочие будни и пожилые бомжи


Наверное я эти фото, снятые на плёночный фотоаппарат уже выставляла сюда, но под настроение истории подходит.
Вчера мы подьехали к станции Качигава в четыре часа утра из префектуры Фукусимы. Ехали восемь часов, всю ночь. Дальше нужно было выезжать на шоу в Нагано, без промедления (да вот такая у меня работа), но мы решили ехать в другом составе. Я и Хиромичи (новый ассистент) берём выходной, в Нагано выезжает Дайки, японка Мари и мой любимый Такатоши, извечная нянька Сакуры. Раньше он был одним из лучших и постоянных ассистентов в нашей команде, исполнял работу менеджера, но сейчас он перешёл на другую работу, женился, есть годовалый сын. Такатоши помогает нам только при форс-мажорах.

Нам с Хиромичи надо было ехать домой. Такси нигде не было. Дайки обзвонил все службы, где говорили, что все машины заняты, где вообще не отвечали.
Поезда начинали ходить с пяти семнадцати, Дайки предложил нам либо поспать у него дома, либо пересидеть в отеле Качигава около станции, в котором мы часто выступаем и все нас знают.
Скажу честно, у Дайки мне ночевать не хотелось. У него есть квартира в центре Нагои, но в Качигаве он живет с родителями и семьей сестры в старом доме, и скорее всего придётся тревожить бабушку, чтобы уложить нас на татами, пропахшими средством от моли.
Мы подьехали к отелю, но двери были закрыты. В это время даже персонал спал.
Я сказала, что ничего страшного, мы переждем час в круглосуточном магазине.
Шёл сильный дождь, я вышла из машины, и не став ждать Хиромичи, быстрыми шагами направилась к комбини (круглосуточный магазин).
Комбини находился по ту сторону станции, которая была ещё закрыта, но был открыт сквозной проход под навесом. Когда я проходила сквозь станцию, увидела старика в кепке и маске, он вышагивал круги, опираясь на трость.
«Наверное тоже ждёт открытия”,- подумала было я, но...
За автоматами с напитками на асфальте, застеленном газетой полулежала старушка, опершись головой о стену. На ней тоже была простудная маска, в руках пустая авоська, аккуратно сложённая на коленях. Старушка была такая же худая, как и старик, она толи спала, толи плохо себя чувствовала, было неудобно пялиться, я прошла мимо.
В магазине я не знала, что купить, в четыре часа утра ничего есть не хотелось, но нужно было согреться, и я остановилась на кофе. Звоночек того что пришёл посетитель, прозвенел, но продавец вышел не скоро.
Заспанный тайец или китаец шутил невпопад и казался необычно приветливым для разбуженного человека.
Курить я бросила в этом году, в связи с сорокалетием, но что-то так захотелось, начала смотреть на полку с сигаретами. Продавец почему-то сразу потянулся за Мальборо, но я попросила тонкие Кент, один миллиграм.
Выйдя на улицу, села на лавочку под навесом, покуривая и попивая кофе, наблюдала за дождем. Пара сонных человек с зонтами, один ранний офисный работник, вторая, сонная девушка в пижаме вошли в магазин. Мужчина в костюме, выскочил быстро и направился к станции, девушка же выйдя, с пакетом в руках медленно побрела в другую сторону.
Я думала о стариках. В моей походной сумке как раз лежала камера с отличным объективом, снимающим на расстоянии все в мелких подробностях, я сейчас постоянно беру ее с собой в путешествия.
Моя мечта снимать реалии жизни, вот например этих стариков. Было темно но если снять в raw, можно потом подчистить.
Подумала, когда пойду к станции, так и сделаю.
В проходе появился Хиромичи, он тоже шёл к комбини.
К Хиромичи у меня двоякие чувства, иногда я его защищаю, иногда он меня бесит. Здоровый увалень, с шаркающей походкой и бегающий как девчонка, руки дергаются как плети, ладони расставлены в стороны, словно птенец, учащийся летать.
Пришёл к нам недавно, девятнадцать лет. Дайки решил воспитывать молодых фокусников и давать им работу, набрал вот несколько таких, то их прессует, до сильного стресса, что мне приходится защищать, то наоборот начинает заботиться и потакать. Хиромичи пока полный увалень, и физически слабый, мы часто таскаем тяжёлые вещи, аппаратуру, таскать вместе с ним, это ад, кажется что одна тащишь, а он ещё сопит и постанывает от тяжести.
Одно время он часто просыпал утренние собрания и его все гнобили, дошло до того, что его напаивали после работы и потешались. Я в то время встала на его сторону и даже поссорилась с некоторыми. Но у него реально очень много косяков, что он стал бесить даже меня. На прошлой неделе, например, когда мы плыли на пароме в Миядзаки, и у всех были тесные кабинки в притык к друг дружке, Хиромичи завёл будильник на полтора часа раньше, и он все эти полтора часа звенел, пока Хиромичи не проснулся.
При всём этом у него есть свои достоинства, он вырос в очень воспитанной семье, даже когда ест, прикрывает рукой рот, все время извиняется, кланяется(это очень хорошо для Японии), и вообще при всём этом довольно хороший эмпат, умеет чувствовать людей и сглаживать плохое настроение.
Хиромичи бесил меня все эти две недели, так как в работе от него пока толку нет, все нужно объяснять по несколько раз, но я все же убрала сумку со скамейки, чтоб он сел.
-Видел стариков на станции?, - спросила я, -Это нормально?
-Тамани хомлесс ирассяимасу,- ответил Хиромичи в своём репертуаре, очень вежливым языком, который на русский сложно перевести. (Иногда бывают бомжи).
Мы немного посидели, я курила сигарету за сигаретой, складывая окурки в пустой стаканчик из под кофе. Мужчина в костюме, вышедший из комбини, открывал все стеклянные двери станции. Через витрину было видно,что уже кто-то поднимается вверх по эскалатору.
Может старички ждали открытия? Пошли собирать бутылки и банки? Но утро, все пусто.
-Ну что, пойдём? - спросила я.
-Хай! -Хиромичи подхватил сумку и шаркая засеменил позади меня.
Только бы их не было, думала я и с надеждой и с сожалением, так как не получится фотографии.
Но они были.
Старик был похож на самца животного, оберегающего раненную самку, лежащую на дороге. Сфотографировать их, конечно рука не поднялась. У меня в кошельке было две тысячи йен, тысячу я оставила на дорогу. В магазине напротив, когда он откроется продастся булочки и пирожки по сто йен, а онигири можно и по семьдесят купить. Я подошла к старику, протянула ему тысячу йен. Ни один мускул на нем не дрогнул, он просто смотрел на меня затравленно и что-то пробормотал под нос. Тогда я села на корточки и положила деньги на колени старушки, на ее пустую авоську.
Она сложила руки и поклонилась. Я встала и пошла к метро. В дверях меня ждал Хиромичи и улыбался.
Вечером я рассказала мужу о стариках. Они выглядели очень чистыми, приличными, видно, что на улице недавно. Что будет с ними зимой?
-Наверное это конец,-ответил муж.
-И что, страна им не поможет?
-Смотря какая ситуация. Если они долгов набрали, то нет, наверное.

Вот часто в интернете все спасают собачек, кошечек. А сколько таких вот людей? Выброшенных на улицу стариков?
Я написала эту историю в фейсбуке на японском, но японцы, так активно лайкающие мои фотки с шоу, наши фанаты особо на это не отреагировали. Отписались только русские

https://annaleonidovna.livejournal.com/168047.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags: , , , , , , ,

Leave a Reply