Хатынь

В отличие от Дальвы, маленькой и трогательной, Хатынь - велика и торжественна. Там тоже тяжело, она тоже придавливает болью и смертью, тоже наворачиваются слезы, но она совсем другая. Хатынь - мемориал войны и подвига, память о зверствах фашистов в стране, первой принявшей удар, о жертвах и потерях. Дальва - мемориал жизни и смерти, любви и боли, память о конкретных людях.

Хатынь.

Кто не слышал о Хатыни? Разве что тот, кто пошел в школу после 1991 года, и то вряд ли. А у нас были стихи, песни, учебники истории. Мы все знали, что фашисты сожгли людей в деревне под названием Хатынь. Мы все ужасались и плакали на уроке, на котором учительница литературы читала нам, пятиклассникам, стихотворение про родную хату. Мы все верили, что этого больше не повторится никогда, по крайней мере в нашей стране, потому что это невозможно в современном, цивилизованном, стерильном мире... И мы все, кстати, потеряли эту веру в 2014 году, но сейчас не о том, во-первых, страна давно не та, а во-вторых не политический у меня журнал, так что будем считать, просто к слову пришлось: я не писала, а вы не читали

Кто не слышал о Хатыни? Это уже не имя, это символ. Про Хатынь написаны десятки книг, сотни стихотворений. До сих пор современнейшие авторы, живущие в сети на поэтических ресурсах, не только те, которых читаешь, затаив дыхание, но и те, которые в основной массе своих стихов спотыкаются на падежах и рифмах "кровь-любовь", даже эти вдруг внезапно, посетив мемориал или просто прочтя о нем - рождают шедевр, достойный Михаила Исаковского... Потому что о Хатыни невозможно говорить пошло и глупо, наверное.

Хатынь - большая деревня. Много домов, много людей, много колодцев, большая площадь. Это не маленькая Дальва с 44 жителями. И все-таки, они все погибли в один день, так же страшно и безвинно, как и жители Дальвы.

Мемориал создан с учетом расположения домов. На месте каждого дома - навсегда открытая калитка, через неё дорожка ведет к стилизованному фундаменту с печной трубой. На печной трубе - табличка с именами жителей дома и колокол, автоматически звенящий каждые несколько секунд. Одновременно с колоколами всех остальных домов.

Маленькие сооружения под треугольными крышами - символы колодцев, расположенные на тех местах, где были колодцы. Только эти колодцы бетонные, со стеклянными вставками, воды в них больше нет, только стекло. И люди бросают туда - на стекло - монетки. Как в воду.

На втором фото - табличка с именами четырех детей и трех взрослых. Два женских имени, одно мужское. Но мужчины в основном были на войне, поэтому, видимо, Иосиф и Фекла - дедушка и бабушка этой семьи. Нина - мама, а остальные четверо - её дети, от 9 до 2 лет. Папы в списке нет. Папа вернется сюда в 1944 году и узнает, что произошло.

Сожжены не только Хатынь и Дальва. Уничтожено 186 деревень вместе с людьми. И мемориал содержит в память о них целое большое кладбище деревень. Как обычный кладбищенский участок, такой, на котором хоронят людей, с камнем-памятником, только вместо имени человека и дат его жизни - название целой деревни. И таких участков 186.

На последних двух фото - имена деревень, возродившихся. Их 433, и они собраны в кроны стилизованных берез. Как символ жизни.

Фашисты не только жгли деревни. Они организовывали лагеря, рабочие и "научно-исследовательские". В этих лагерях погибли люди, взрослые, пожилые, мужчины, женщины... и дети. Посмотрите на оформление ограды фрагмента мемориала, посвященного этому. У стены с названиями лагерей - разве не христианский крест? В советское время. И никто ничего не сказал: есть места и моменты, когда борьба с религией отступала перед важностью и величиной происходящего даже в нашей бывшей атеистической стране.

На последнем фото - игрушки. Как на кладбище умершим рано детям и внукам, люди приносят сюда игрушки.

В Белоруссии во время войны погиб (сожжен, замучен, расстрелян или убит, защищая страну) каждый четвертый. Четверть всего населения:

Хатынь - всего лишь одна из деревень. 22 марта 1943 года здесь, в большом деревенском сарае, погибли 149 человек. 70 из них - дети. Остальные - женщины и старики. Иногда - пожилые люди, которые не оказались достаточно здоровы для войны, например - Иосиф Каминский. Единственный взрослый, выживший наутро. И нашедший своего последнего младшего сына, который не выжил. О них рассказывает памятник "Непокоренный человек":

Хатынь. Непокоренный человек
Хатынь

На выходе из основного пространства - одноэтажное зеленое здание. Музей. Платный, достаточно дорогой для подобного места, но он того стоит. Сувенирная лавка на входе, наверное, немного лишняя, но с другой стороны, может быть в нашем мире после 2014 года многим не помешает иметь на холодильнике магнитик "Хатынь"...

В музее - фотографии погибших жителей Хатыни. Их истории. Стена-колумбарий с именами и горящими свечами. А ещё - зал с историей создания мемориала. И фотовыставка с фотосвидетельствами фашистских преступлений.

Эту серию пусть до последней фотографии доматывают только сильные духом и крепкие нервами. Мамам лучше не доматывать.

У меня о Хатыни на этот раз все. Остальное можно прочитать в сети (или вспомнить из советского школьного детства).

Говорят, в окрестностях Дальвы и Хатыни есть ещё множество более мелких, но не менее важных мемориалов. Говорят, они есть не только в окрестностях Дальвы и Хатыни.
Если знаете такие, накидайте названия, и мы в следующий раз съездим туда. Не мазохизма ради, а ради памяти, скорби и уважения. Плевать на пафосные слова.

https://mama-gremlina.livejournal.com/233467.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Tags: , , , ,

Leave a Reply